Начнем с не видимого глазу перекрестка Маросейки, Покровки и Армянского переулков. Маросейка это та самая улица, которая, не прерывая плавного своего течения, вдруг внезапно становится Покровкой — вовсе не там, где от нее этого ожидают, то есть у Покровских ворот, а вот прямо здесь, на этом самом углу. Такие женские капризы.

 

Угол знаменуется принаряднейшим голубым зданием — бывшим главным домом усадьбы графа Румянцева-Задунайского, теперь посольством Белоруссии (№ 17/6). Впрочем, сначала, в 1782 году, большой каменный трехэтажный дом был построен для полковника Хлебникова. По поводу архитектора историки так и не сошлись во мнениях, но в любом случае полковник выбирал из лучших — автором проекта называют либо Василия Баженова, либо Матвея Казакова.

В 1793 году усадьбу приобрел генерал-фельдмаршал Петр Румянцев-Задунайский, выдающийся полководец, чьи заслуги перед отечеством признавали все жившие при нем и сменяющие друг друга правители Руси: императрица Елизавета, Петр III, Екатерина II, Павел I.

Наследник фельдмаршала, Николай Петрович Румянцев, более известен как коллекционер, меценат, основатель знаменитого Румянцевского музея, экспозиция которого впоследствии была перенесена из Петербурга в Москву, в Пашков дом, а позже была тематически разделена. Рукописи достались Ленинской библиотеке, живописные полотна европейских мастеров — Музею изобразительных искусств, русских художников — Третьяковской галерее, а материалы, касающиеся русских путешественников — Музею народов СССР. Последних у Николая Петровича было немало, так как он — и словом, и делом — принимал живейшее участие в организации первого русского кругосветного плавания, которое совершили в 1803-1806 годах Иван Крузенштерн и Юрий Лисянский.

Иван Крузерштерн

Иван Крузерштерн

Идея Крузенштерна о кругосветном плавании долго не находила поддержки, пока наконец о рассмотрении проекта перед государем не ходатайствовали Румянцев и адмирал Мордвинов. После чего в Англии были куплены два небольших судна, названные «Надежда» и «Нева». Александр I разрешил на обоих поднять военные флаги и расходы на содержание одного из кораблей принял на свой счет, а также пожаловал жене Крузенштерна на 12 лет доходы с одной деревни, составляющие ежегодно около 1500 рублей, чтобы «обеспечить благосостояние жены во время продолжительного и неизвестности подверженного отсутствия мужа». Бремя по содержанию второго судна разделили между собой Русско-американская компания (РАК), созданная под патронажем государя, и Николай Румянцев.

«Дай Бог, чтоб успехи ваши были столь же благословенны, сколь искренни мои желания. Мысль, что для отечественной торговли откроется новое поле, сделается тем совершеннее, что вместе с сим Россия под вашим руководством принесла бы и свою дань во всеобщее богатство человеческих познаний. Я заранее утешаюсь за вас тем, что после такого славнаго дела имя ваше пойдет на ряду с именами отличных мореплавателей», - писал Румянцев Крузенштерну 13 июня 1803 года.

На борту «Надежды», кстати, находилась миссия в Японию во главе с Николаем Резановым (возглавлявшим финансирующую экспедицию РАК), о несчастной любви которого к дочери испанского губернатора благодаря ленкомовской рок-опере «Юнона и Авось» в 1980-х распевала вся Москва. Сюжет был взят из жизни. Любовь, вспыхнувшая во время более позднего путешествия графа в Калифорнию на кораблях «Юнона» и «Авось», оказалась трагической: «Ты меня никогда не забудешь, ты меня никогда не увидишь...»

Вернемся к голубому дому, обильно украшенному лепниной, который на протяжении последующих десятилетий менял хозяев, перестраивался, обзавелся женскими фигурами на фасаде и гербом с ангелами и буквой «Г» в овале — так отметился новый владелец особняка купец Грачев. Именно во времена его хозяйствования, в 1876 году, на участке появились 4-5-этажные дома. В их числе и сохранившееся до наших дней ничем особо не примечательное здание, где сейчас располагается гостиница «Полесье». В напоминание о масштабах прежних владений оно также имеет номер шесть.

Источник

<‐ Назад к списку публикаций <‐ На главную